» » » Беднейшие страны мира: положение в 90-е годы

Беднейшие страны мира: положение в 90-е годы


...



В целом доля Африки в мировой торговле сократилась с 2,4 проц.—в 1970 г. до 1,3 проц.—в 1987 г. Африка скатилась на последнее место в мировой экономике, но зато стремительно растет ее внешняя задолженность, в 1989 году она составила почти 200 млрд. долл., т. е в 3 раза превосходила их годовой экспорт товаров и услуг.
Жесточайшая нужда и безысходность положения в экономике, деспотические режимы или бессильные правительства отравляют взаимоотношения африканских народов, племен и религиозных общин. Когда нет дождей, семенной фонд, уже съеден, а скот гибнет от жажды, возникает угроза войны за выживание. В таких условиях быстро разрушается природная среда и приходят в запустение ранее освоенные территории.
В огромном Заире, где к моменту провозглашения независимости (1960 г.) существовало 140 тыс. км. дорог, сейчас уцелею лишь 15 тыс. км. В Анголе полуразрушенные за йоды и склады заросли бурьяном. В одних районах наступает кустарник, в других — пустыня. Утицы в городе Томбукту (Мали), через который в течение 800 лет проходили караванные пути, снова оказались под песком. Почти вся Африка оказалась в отчаянном положении, которое еще более обостряется из-за междоусобных войн.
В Эфиопии северная часть государства — Эритрея — отделяется и требует независимости. В Судане полыхает бесконечная гражданская воина, которую правящий мусульманский Север ведет с христианскими и языческими племенами Юга. Через весь континент, по стыкам сфер влияния ислама и других религий, тянется след кровавых столкновений.
В Либерии терроризируют население мородёрстующие солдаты, и силам быстрого реагирования семи эападноафриканских стран никак не удается восстановить мир. В Руанде и Бурунди происходят столкновения между различными племенами. В Кении голодающие беженцы из Сомали присоединяются к бандам грабителей и убийц. Короче, в Африке почти не осталось страны, откуда бы не поступали вести о бедах и насилиях.
Таким образом, через 30 лет после достижения независимости от колониализма Африка, видимо, утратила возможность опираться на собственные силы. Самоуправление в течение жизни лишь одного поколения привело к тому, что бывший «континент надежды» сегодня охвачен страхом перед гибелью. Все его модели общественного развития рухнули, государства переживают период распада, во многих регионах жители могут выжить лишь благодаря экстренной международной помощи.
После освобождения Африка пережила около 100 путчей и государственных переворотов, десятки гражданских войн и бесчисленное множество межплеменных конфликтов с опустошительными последствиями. Сейчас по «континенту беженцев» скитаются свыше 6 млн. африканцев, бегущих от войн, преследований и катастрофических стихий природы
Почему же после ухода белых в Африке все сложилось не так, как ожидали африканцы? Кто в этом виноват — история, климат, внешние трудности и ни сами люди? Причин, как всегда, много. Однако вряд ли на первом месте может быть концепция, согласно которой африканцы не способны освоить современную технику и на ее основе успешно развивать экономику. Конечно, этнопсихологические особенности того или иного народа никак нельзя сбрасывать сот счетов, и местные африканские традиции действительно порождают инертность. Из-за этого, а также засилья правящей верхушки бюрократической элиты Африка несет колоссальные убытки на мировых рынках.
Лидеры африканских стран в большинстве своем оказались некомпетентными, коррумпированными диктаторами; их олицетворением стали Иди Амин — в Уганде, Менгисту Мариам — в Эфиопии или маршал Бокасса — в Центрально-Африканской Республике, а Мобуту — в Заире. Разочарованные африканцы уже не верят своим руководителям, утверждающим, что все зло - в наследии колониализма. Конечно, в колониальный период Африка была превращена в аграрно-сырьевой придаток развитых стран, жестоко эксплуатировались ее людские ресурсы. Но именно тогда был заложен определенный фундамент возможного экономического прогресса освободившихся стран Африки, затем подорванный за три десятилетия независимости. Прежде Африка поставляла многие виды сельскохозяйственной продукции, теперь она не может прокормиться без внешней помощи.
Еще раз подчеркну, что нельзя идеализировать колониализм. Европейцы поделили Африку без учета границ проживания народностей и племен, заложив тем самым бомбы замедленного действия. У южных племен Судана гораздо больше общего с их братьями в Уганде, чем с арабами, живущими на севере Судана. Народ эве, например, проживает частично в Того, а частично — в Гане. И таких примеров множество.
Далее, колонизаторы вели хозяйство в Африке не с учетом потребностей африканцев, а в соответствии с экономическими интересами метрополии. Так, англичане начали выращивать в Судане хлопок, заняв под его посевы земли, на которых традиционно производились продукты питания. Но англичанам нужно было сырье для текстильных фабрик Манчестера. И хотя сегодня хлопок приносит Судану кое-какие валютные поступления, ему приходится гораздо больше платить за импорт продовольствия. Однако и после освобождения лидеры африканских стран ради получения даже небольших сумм валюты основную ставку делают на экспортные культуры в ущерб производству продовольствия. В результате жизненный уровень крестьянства, составляющего 80 проц. населения, упал настолько низко, что сегодня стоит вопрос даже не о нормальной жизни, а просто о физическом выживании.





У большинства режимов в Африке, независимо от того, какими они были — военными или гражданскими и какую бы модель устройства общества они ни пытались создать — социалистическую или капиталистическую, у всех у них было нечто общее, они опирались на городские слои, жившие за счет крестьянства. Так, ко времени провозглашения независимости в 1960 г. в Конго-Браззавиле было около 3 тысяч государственных служащих, а к 1987 году их число превысило 73 тысячи, а на их содержание уходило 3/4 бюджета страны. Чтобы держать горожан в спокойном состоянии, правительства устанавливали сильно заниженные цены на продукты питания, тем самым лишая крестьян стимулов для увеличения продовольствия на продажу.
Валюта, поступающая в казну от экспорта в виде налоговых отчислений от ТНК или, наконец, по займам, лишь частично используется в национальных интересах. Чаще всего тратится на «престижные», но, как правило, второстепенные по важности промышленные или иные объекты, а то и просто расхищался правящей верхушкой, средними и даже мелкими «ответственными лицами».
Вот несколько примеров. Европейцы продали, например, Гане заводы по переработке какао, которые оказались непригодными для местных условий. В Нигерии был возведен сталелитейный завод в районе, где не было ни руды, ни угля. ФРГ построила в Сенегале слишком большую больницу и перенасыщенную техникой — ее просто некому было обслуживать. Китайцы построили железную дорогу «Танкам», связывающую медные рудники Замбии с портом Дар-эс-Саламом на побережье Индийского океана. Сегодня эта дорога заброшена.
Так, подталкиваемые любителями получать комиссионные, африканцы не раз становились жертвами соблазна, соглашаясь строить у себя гигантские, якобы сверхсовременные объекты. А тех, кто предлагал более простые проекты, тут же упрекали в стремлении увековечить отсталость. Когда раздаются такие колоссальные подряды, неизбежны огромные взятки. Во многих странах Африки члены правительства беззастенчиво грабили центральные банки. Только, например, в Нигерии и Заире—государствах, особенно богатых сырьевыми ресурсами, на личные счета некоторых государственных деятелей незаконно было переведено от 20 до 30 млрд. долларов. Больше других поживился президент Заира Мобуту, который с 1965 года управляет этой страной, очень богатой сырьем. Минуя государственный банк, Мобуту переводил валюту от экспорта меди на свои зарубежные счета. Из 400 млрд. заиров - новой денежной единицы — половина в 1991 году поступила в его непосредственное распоряжение. Президенту потребовались новые деньги, чтобы заплатить бунтующим солдатам. Сейчас власть Мобуту не простирается дальше столицы—г. Киншаса. Большую часть времени он проводит на своей речной яхте и готов сбежать в любой момент.
Как могла сложиться такая обстановка в африканских странах? Дело в том, что в 27 из этих стран — однопартийная политическая система (причем в ряде стран все граждане включаются в партию автоматически с рождения или по достижении определенного возраста), в 16 странах — лишь по две-три партии, а в 9 — они вовсе запрещены. Явно преобладает авторитаризм, характерный даже при многопартийности.
Самый короткий путь к власти - государственный переворот. Отсутствие демократического механизма приводило к тому, что у власти оказывались и одиночные личности, как «император» Бокасса-1, прославившийся своим каннибализмом. Однако и в странах с обычными лидерами практика авторитаризма оказалась бесплодной в условиях рыночных отношений
Положение стало почти безнадежным после окончания «холодной войны», когда африканские лидеры лишились возможности играть на противоречиях двух сверх держав. Так, в 1977 году, когда Менгисту Х. Мариам провозгласил марксизм-ленинизм государственной идеологией Эфиопии, Москва отблагодарила его поставками оружия на миллиард долларов. В ответ США стали снабжать оружием и оказывать другую помощь его соседу - Сомали. Выйдя из конфронтации двух систем, Горбачев прекратил помощь Москвы «третьему миру». Правительство США сократило свои субсидии Африке на 1/3.
Так закончился период, когда руководство КПСС стремилось превратить Африку в «континент социалистической ориентации». Десяток «дружественных» государств, сделавших социалистический выбор, превратился в тяжелое бремя для нашего «исхудавшего» бюджета. Когда подсчитали, во сколько обошлась нам Африка за последние десятилетия, картина получилась удручающая. Задолженность одной только Анголы за 15 лет составила (в 1990 г.) почти 3 млрд. руб. Сама Ангола потратила на военные нужды более 20 млрд. долл. и превратилась в разоренную голодающую страну, хотя, по оценкам специалистов, она по запасам полезных ископаемых превосходит Заир и Намибию. Такая же ситуация и в Мозамбике, бывшем нашем «социалистическом крестнике»
Во многих странах Африки военные расходы в 4 раза превышают ассигнования на здравоохранение, тогда как в азиатских странах, наоборот: на образование и медицину расходуют больше средств, чем на армию. И это притом, что в расчете на душу населения Черная Африка в 1989 г. получала помощь от развитых стран в 4 раза больше, чем Азия.





Где же выход из такого порочного круга?
Всемирный банк и МВФ предъявляют африканским лидерам жесткие условия дальнейшего предоставления помощи: приватизацию экономики, радикальное сокращение бюрократического аппарата и дотаций убыточным производствам и, конечно же, отказ от неразумных растрат бюджетных средств. Так, Бонн, Стокгольм и Осло пригрозили наполовину сократить помощь Намибии, если ее правительство не откажется от сумасбродной идеи купить во Франции самолет для президента Сэма Нуйомы стоимостью 40 млн. марок. Хотя, как мы отмечали, Африка к югу от Сахары не является привлекательной для Запада ни в политическом, ни в экономическом отношении, в отличие от Азии, тем не менее решительная помощь развитых стран уже не имеет альтернативы. Первым таким шагом в конце 1992 года стала крупномасштабная операция «Возрождение надежды» для спасения народа Сомали, оказавшегося на грани самоуничтожения. По решению ООН ее проводят США.
Под двойным прессом — собственного народа и западных стран, грозивших прекратить оказание помощи, — самодержавные лидеры африканских государств вынуждены были пойти на переговоры с оппозицией и согласиться на проведение демократических выборов. В результате в 12 странах Черной Африки произошла смена власти мирным путем. В Бенине население отказало в доверии марксисту М. Кереку и избрало на пост президента технократа, ставленника Всемирного банка Н. Согло. В Замбии пришлось уйти со своего поста «великому старцу» Кеннету Каунде — 2/3 избирателей голосовали против!
Анализ структуры ВВП в странах Африки показывает, что основной сферой материального производства остается сельское, хозяйство, где занято от 60 до 90 проц. ЭАН, а производится 1/2 валовой продукции. Если и отмечался рост промышленного производства, то главным образом за счет расширения горнодобывающей промышленности. Главные ее ареалы концентрации в Центральной Африке — Заир и Замбия, в зоне так называемого «медного пояса», где добываются также олово, кобальт, драг металлы. В Западной Африке горнодобывающая промышленность развита в Гане (бокситы, золото, алмазы и марганцевая руда), Гвинее, Сьерра-Леоне, Мавритании (железная руда, бокситы), а также в Сенегале (фосфориты).
Обрабатывающая промышленность в странах Тропической Африки развита чрезвычайно слабо. Ее доля в ВВП не превышает в среднем 5 - 7 проц. Это—предприятия в Заире и Замбии по выплавке меди, полиметаллов, кобальта, в Гвинее (глиноземный завод), а также в Гане (алюминий из привозного сырья). На отходах цветной металлургии работают небольшие химические заводы. В 80-е годы появились НПЗ, работающие на привозной нефти, а потому расположенные в портах. В больших и столичных городах динамично развивалась легкая и пищевая промышленность, где в основном доминирует национальный капитал.



Страны рассматриваемого типа представлены главным образом в Центральной Америке (Гватемала, Гондурас, Никарагуа, Сальвадор) и Карибском районе (Гаити, Доминиканская Республика).
Население этих государств от 2,9 млн. человек (Коста-Рика) до 8,7 млн. (Гватемала), тогда как площади варьируют в пределах 28 тыс. км2 (Гаити) — 130 тыс. км2 (Никарагуа). Довольно высока плотность населения, что связано и с трудоемкостью плантационных культур. Несмотря на тенденцию к росту урбанизации преобладают сельские жители, лишь в Доминиканской Республике и Никарагуа больше половины — горожане. Городов немного, особенно крупных. Однако существенна роль столиц (в Гаити, Гватемале и Доминиканской Республике они сконцентрировали свыше половины горожан).
За последние 20 лет структура экономики отдельных государств изменилась мало. Сельское хозяйство остается важнейшей отраслью, хотя доля его в производстве ВВП во всех странах за 1970—1983 гг. снизилась. Здесь сказался не столько процесс диверсификации народного хозяйства и индустриализации (который в определенной мере имел место), сколько изменения рыночной конъюнктуры, колебания сельскохозяйственных цен на мировом рынке. Краткие периоды благоприятной конъюнктуры 70-х гг. с повышением мировых цен сменились периодом пониженных цен на тропические продукты, особенно четко сказавшимся в начале 80-х гг., когда экономический кризис в развитых капиталистических странах вызвал сокращение спроса на плантационные продукты, усиление протекционистской политики. Особенно велика роль сельскохозяйственного производства на Гаити, где на эту отрасль приходится свыше 3/5 всех занятых в народном хозяйстве, а также в Гондурасе и Гватемале (свыше 1/2 ЭАН). Почти 2/5 ЭАН трудится в сельском хозяйстве Никарагуа, Сальвадора и Доминиканской Республики, одна четверть — в Коста-Рики.
После второй мировой войны, накопленные финансовые ресурсы использовались для оживления промышленного строительства. Развитие промышленности традиционно базируется здесь на сельскохозяйственном сырье, лесных ресурсах и в меньшей мере — на минеральных. Добывающая промышленность развита слабо. Весьма ограничена топливная база: лишь в Гватемале добывают нефть, которая обеспечивает 1/4 энергопотребления страны. Энергетика большинства стран основана на импортной нефти (из Венесуэлы и Мексики), некоторое значение имеют гидроресурсы (в Коста-Рике и Гватемале на ГЭС приходится 2/3—4/6. от общей установленной мощности электростанций, в Сальвадоре, Гондурасе и Гаити — свыше 2/5) .
В обрабатывающей промышленности главную роль играют предприятия (преимущественно мелкие), занимающиеся переработкой сахарного тростника, кофе, хлопчатника, сизаля и других культур, обслуживающие аграрный сектор. На пищевкусовую промышленность приходится свыше 1/2 продукции обрабатывающей промышленности Гватемалы, Гондураса, Доминиканской Республики, более 7/10 — в Гаити. Широко представлены кустарные промыслы. Свыше трети занятых в промышленности трудится на заводах иностранных компаний (преимущественно американских). В обрабатывающей промышленности начались некоторые изменения после второй мировой войны. Важную роль сыграло возникновение Центральноамериканской экономической интеграции (ЦАОР — Центральноамериканский общий рынок), которая с 1960 г. была официально оформлена в составе Коста-Рики, Гватемалы, Гондураса, Сальвадора и Никарагуа, На этой базе был создан ряд финансовых учреждений, снижены пошлины, осуществлен ряд проектов по развитию инфраструктуры и промышленности.
В 70-х гг. появились новые отрасли — машиностроение и металлообработка, электронная промышленность, химическая, цементная. Наиболее серьезное препятствие для дальнейшей индустриализации — слабый внутренний спрос из-за общего низкого экономического уровня. В 80-х гг. использовалась лишь половина производственных мощностей обрабатывающей промышленности. Удельный вес промышленности лишь в Коста-Рике и Никарагуа достиг 1/4 ВВП, в остальных странах он не превышает 1/5 (1983 г.). Доля занятых в этой отрасли колеблется от 0,8% ЭАН в Никарагуа до 17,1% в Сальвадоре
Размещение промышленности в целом остается стабильным. Исключение составляет создание промышленных предприятий, связанных, с разработкой полезных ископаемых и других природных ресурсов. Так, в 1981—1983 гг. в Никарагуа у оз. Манагуа на вулкане Монтитомбо построена при участии Канады и Италии одна на крупнейших в мире геотермальных электростанций мощностью 36 МВт, которая дает 1/4 электроэнергии страны. Развитие обрабатывающей промышленности происходит при содействии иностранных компаний, преимущественно связанных с агробизнесом. Новые предприятия производят, как правило, потребительские товары и используют отходы или низкокачественные продукты сельского хозяйства. Например, в Гватемале, Сальвадоре и Никарагуа производят хлопковое масло, в ряде стран налажено производство растворимого кофе. Основная часть новых заводов построена в Сальвадоре и Гватемале, куда поступает больше иностранных средств. Существенная доли промышленности сконцентрирована в экспортных зонах (в Доминиканской Республике там трудится около 1/3 рабочих).





Как и во всех других развивающихся странах, в рассматриваемой группе происходит сервисизация экономики, усиление «третичного сектора» за счет роста торговли, услуг и управления. Доля торговли достигла 1/4 ВВП в Сальвадоре, Гватемале, 1/5 в Никарагуа, Коста-Рике, Доминиканской Республике и Гаити.
Реакционные режимы Сальвадора, Гондураса, Доминиканской Республики, буржуазия, латифундисты Коста-Рики создали большой бюрократический аппарат (13—25% ЭАН). Социальная, напряженность во многих странах, гражданская война в Сальвадоре и Гватемале, борьба с контрас в Никарагуа стимулировали рост армии.
Аграрное перенаселение, сезонность сельскохозяйственного труда, неграмотность, недостаток финансовых средств для расширения числа рабочих мест приводят к увеличению безработицы (в 1985 г., например, доходившей до 23% в Гондурасе).
Многообразие общественных укладов, как докапиталистических, так и капиталистических, резкая социальная дифференциация характерны для этих стран. Почти повсюду преобладает, крестьянское население (со значительной долей безземельных и малоземельных крестьян), велика доля лиц наемного труда. В Сальвадоре в 1974 г. крестьяне — собственники минифундий (площадью менее 1 га), составлявшие около половины всех землевладельцев, имели лишь 5% всех земель, тогда как крупнейшие латифундисты с поместьями более 200 га каждое, составляя 0,3%, владели 28% земель. Размеры земельных владений и особенности аграрных отношений меняются в разных странах и районах. Средняя площадь хозяйств колеблется от 0,6 га в Доминиканской Республике до 36,4 га в Коста-Рике. Производителями товарной продукции выступают полуфеодальные латифундисты, капиталистические компании, капиталистические фермеры и в меньшей мере средние и мелкие крестьяне.
Уровень развития капитализма и его формы неодинаковы в разных отраслях. Кофейные плантации типичны для асьенд латифундистов, хлопковые — для капиталистических предпринимателей, так как требуют больших капиталовложений. Производство бананов на экспорт, особенно идущий в США, сконцентрировано, в руках американских монополий («Юнайтед брэндс», «Стандарт фрут энд стимшип», «Дель Монте»). Эти ТНК и другие компании возглавляют целые АПК. Так, «Юнайтед брэндс» владеет 220 тыс. га. в Гондурасе, Коста-Рике, Гватемале, имеет плантации и пастбища, маслодельные и мясохладобойные заводы, электронные предприятия, средства связи, суда. Аграрные реформы, провозглашенные после второй мировой войны в ряде стран, внедрялись с большим трудом. Самые разительные сдвиги произошли в Никарагуа после революции 1979 г., сопровождавшейся конфискацией земель семейства диктатора Сомосы (1/5 сельскохозяйственных угодий страны). В других странах частые смены правящих группировок, захват власти военными хунтами привели к тому, что объявленный аграрные реформы отменялись или проводились в урезанном виде, чаще путем колонизации неосвоенных земель.
Ситуация в 70—80-х гг. в главной отрасли материального производства оказалась весьма сложной, что связано с большой неравноправной вовлеченностью рассматриваемых стран в мировое докапиталистическое хозяйство. Сказалась огромная финансовая задолженность, рост дефицита торгового баланса из-за снижения мировых цен на сельскохозяйственные продукты, повышение цен на импортное топливо в 70-х гг. К 1988 г индекс сельскохозяйственной продукции (1979/81—100) поднялся лишь в Гондурасе и Коста-Рике на 14—15 пунктов, в Доминиканской Республике и Гватемале — на 7 пунктов, Гаити он стабилизировался на уровне конца 70-х гг., в Сальвадоре и Никарагуа, пострадавших от военных действий, упал на 15—19 пунктов.
Несмотря на определенные сдвиги, сохраняется, в общем, низкий уровень материально-технической оснащенности сельского хозяйства, связанный с отсталой социальной структурой. Невелик тракторный парк — всего 22,6 тыс. шт., хотя за 1970—1987 гг. он вырос на 43%. Мало применение минеральных удобрений — 387 тыс. т д. в. во всей группе стран (за 1970—1985 гг. рост на 59%). Лишь плантации иностранных монополий и капиталистов оснащены современными средствами производства, в латифундиях и минифундиях преобладает ручной труд и отсталая техника. Наибольшее применение минеральных удобрений (151 кг/га пашни) и тракторов (12 на Г тыс. га) характерно для Коста-Рики, наименьшие показатели - в Гаити, (6 кг удобрений на га пашни, 1 трактор на 1 тыс. га пашни). Экстенсивные методы агротехники еще доминируют в большинстве стран. Значительные площади остались неиспользованными: в Гаити — половина, в Гватемале и Сальвадоре — около трети, в Гондурасе—1/5. Это объясняется не только горным рельефом, но и политикой землевладельцев. Хищническое использование природных ресурсов, излишняя вырубка леса, перевыпас скота на пастбищах, истощение пашни привело к распространению эрозии. Тропические вечнозеленые и смешанные леса с ценными породами деревьев (махагониевое, кампешевое дерево, бальса и др.) сильно сократились во всех странах. За 1972—1987 гг. общая площадь лесов уменьшилась на ?. Довольно значительная доля земель приходится на естественные пастбища: 2/5 в Доминиканской Республике, Никарагуа и Коста-Рике.





Во всех странах растениеводство доминирует над животноводством. Главную роль играют пашни, сконцентрированные на равнинах приморской части, в межгорных долинах, на средневысотных склонах гор) За 1972—!987 гг. пахотные площади выросли во всех странах, кроме Коста-Рики. Общий прирост — свыше 15%. Доля пашни и многолетних культур наиболее высока в Сальвадоре, Гаити и Доминиканской Республике (1/3). В остальных странах она низка (1/10—1/6 всех земель).
Растениеводство характеризуется значительным разнообразием как полевых сезонных культур, сборы которых могут здесь проводиться 2—3 раза в год, так и многолетних. Выращивают различные продовольственные (плодовые, зерновые, бобовые) и технические (волокнистые) растения, цветы. Слабо развито кормопроизводство, так как животноводство базируется на естественных пастбищах. Урожайность основных продовольственных культур, например зерновых (кукуруза), низка: в Гаити 10 ц/га, в остальных районах—15—-16, кроме Сальвадора, где получили 20 ц/га (в среднем за 1986—1988 гг.) Урожайность растет медленно, в отдельных Странах (Гаити, Гондурас) даже снижается. Иначе обстоит дело с экспортными культурами, интенсивность производства на плантациях большинства стран выше среднемировой. Например, урожайность кофе в Коста-Рике вдвое выше среднемировой (13,8 против 5,1 ц/га).
Интенсификации растениеводства способствует увеличение орошаемых земель (на 70-е гг. на 47%) до 756 тыс. га, произошедшее во всех странах, кроме Коста-Рики. Особенно высока доля поливных площадей в Сальвадоре (16% пашни) и Доминиканской Республике.
Имеется тенденция к диверсификации состава культур, в том числе товарных и экспортных, хотя традиционно для рассматриваемых стран характерна узкая специализация, «монокультура» плантационного хозяйства, имевшая неблагоприятные экономические и экологические последствия. Так, банановые плантации в Центральной Америке сильно пострадали от таких заболеваний, как панамская болезнь, сигатока, что привело к перемещению плантаций с Атлантического побережья на Тихоокеанское, и лишь в последнее время началось их восстановление в приатлантических зонах.
В сельском хозяйстве и в целом в экономике исследованных стран главную роль играют такие экспортные культуры, как сахарный тростник, бананы, кофе, какао, хлопчатник, сизаль и, табак. За 1969—1971 - 1486—1988 гг. общий сбор сахарного тростника вырос здесь на 1/3 — до 29 млн. т. благодаря, расширению посевов. Главными производителями являются Доминиканская Республика (свыше 8 млн. т) и Гватемала (около 7 млн. т), существенные сборы получают и в остальных странах. Для Доминиканской Республики тростниковый сахар-сырец—главная статья сельскохозяйственного экспорта (51% стоимости). Снижение мировых цен и закупок в США в середине 80 х гг. повлекло сокращение производства и экспорта в Доминиканской Республике и других соседних странах, но в целом доля этих стран в мировом капиталистическом производстве держится прочно. Производство кофе выросло за 70-е гг. на 72%, преимущественно из-за повышения урожайности и частично из-за увеличения посадок. Среднегодовой сбор региона в 1979—1981 гг. достиг 651 тыс. т. Гватемала, Сальвадор, Коста-Рика прочно сохраняют места в первой десятке крупнейших производителей и экспортеров капиталистического мира по этому продукту. Общая доля этих стран в капиталистическом производстве кофе поднялась с 8,8 до 12,6%. В конце 80-х гг. из-за политической нестабильности и погодных условий сбор снизился до 478 тыс. т, т. е. более чем на 1/4.
Центральноамериканские страны дают 1/10 мирового капиталистического сбора бананов, за 70—80-е гг. сбор здесь, однако, вырос незначительно (на 8%). Первое место занимает Гондурас, второе — Коста-Рика, дающие около 1 млн. т. бананов ежегодно, далее идут Гватемала и Доминиканская Республика, они же являются главными экспортерами. В небольших размерах для внутреннего потребления и на экспорт выращивают бананы все страны этого типа. Отмечена тенденция к некоторому снижению роли рассматриваемых государств в производстве бананов.
За последние два десятилетия существенно поднялось значение хлопководства, повысилась роль производства какао, табаководства и цветоводства. В производстве какао-бобов и табаководстве резко доминирует Доминиканская Республика. Хлопководство наиболее развито в Никарагуа и Гватемале, где сбор хлопка-сырца увеличился в 70-х и упал в конце 80-х гг.
Немаловажное значение имеет плодоводство и овощеводство, также ориентированное на экспорт. Цветоводство развивается в Коста-Рике. Зерновое хозяйство ориентировано на внутренний рынок Сбор зерновых вырос за 70-е гг. на 1/4, достигнув 3,9 млн. т, а за 80-е гг. лишь на 1/10 до 4,5 млн. т. Наибольшие урожаи получены в Гватемале (1,4 млн. т). Главные культуры — кукуруза, сорго. На орошаемых землях выращивают рис, частично экспортируемый. Зерновые, бобовые, бананы-плантен — пища крестьян. Дефицит продовольственного зерна частично компенсирует импорт пшеницы, кукурузы, сорго
Расширяется животноводство, преимущественно пастбищное мясное скотоводство. Крупные скотоводческие латифундии вывозят продукцию за границу. Скотоводство сконцентрировано в горных областях, самых бедных.





Сельское население рассматриваемых стран по уровню дохода вдвое уступает городскому. Однако бедность, нищета и неграмотность в условиях засилья крупных землевладельцев - латифундистов и иностранных монополий характерны в целом для всего населения. Гаити и Гондурас относятся к наиболее бедным странам Латинской Америки, входят в группу наименее обеспеченных государств «третьего мира». Средний размер ВВП на душу населения в Гаити 360 долл., в остальных странах данного типа, кроме Коста-Рики (1385 долл.) и Гватемалы (1221 долл.), он также не достигает 1 тыс. долл. в год. Калорийность питания лишь в Коста-Рике формально соответствует норме. Несмотря на преобладание аграрной экономики, ряд стран не обеспечивает себя продовольствием (Гаити, Гватемала). За последние десятилетия в импорте этих государств выросла доля пищевых товаров. Слабо используются возможности развития морского рыболовства, хотя определенную роль играет ловля креветок, омаров, предназначенных на экспорт.
Практически вся территориальная организация экономики базируется на плантационном хозяйстве, производстве экспортных культур. Это отчетливо видно по конфигурации железных дорог, идущих от морских портов в районы плантации. Лучше обеспечены транспортом страны Центральной Америки, где прошло Трансамериканское шоссе.
Главные инвесторы в хозяйство исследуемых стран — США, а также Великобритания, ФРГ и Нидерланды. Общая сумма иностранных инвестиции к 1980 г. оценивалась в 2 млрд. долл., в том числе на США приходилось 1,5 млрд. долл. Почти половина прямых капиталовложений США ныне поступает в обрабатывающую промышленность. Однако реально монополии США командуют и сельским хозяйством, и всеми другими отраслями экономики. Американский империализм активно борется за сохранение своей власти: отсюда поддержка реакционных сил во всех странах, помощь никарагуанским контрас, эмбарго на экспорт из Никарагуа в США.
Однобокое развитие хозяйства, экспортная ориентация главных отраслей, прежде всего сельского хозяйства, зависимость от ввоза промышленных товаров и продовольствия объясняют огромное значение внешней торговли для стран данной группы. На мировом рынке они остаются поставщиками сельскохозяйственных продуктов, но структура их вывоза отличается узкой специализацией. Так, кофе — первая по важности статья вывоза в пяти странах. На его долю приходится 78—80% стоимости сельскохозяйственного экспорта Сальвадора и Гаити, причем уровень специализации вывоза продолжает повышаться. Ограничен состав аграрного экспорта Коста-Рики, Гондураса (кофе, бананы) и Гватемалы (кофе, хлопок-волокно); 2/3 всего вывоза этих стран — сельскохозяйственные товары. Главным торговым партнером для всех, кроме Никарагуа, остаются США. Среди прочих контрагентов — страны ЕЭС, Южной Америки, Япония. Никарагуа торгует с ЕЭС, СЭВ, странами Южной Америки и Японией. За последние годы торговый баланс государств данной группы стал отрицательным, вырос внешний долг. Он колеблется от 0,5 млрд. долл. в Гаити до 3,4 млрд. долл. в Коста-Рике и 3,8 млрд. долл. в Никарагуа.
В составе исследуемых государств существуют различия как социально-экономического, так и производственно-структурного характера, что влечет определенные, хотя и небольшие расхождения в их территориальной организации. Следует прежде всего выделить Никарагуа, где после революции 1979 г. произошли важные социальные преобразования, осуществлена аграрная реформа, созданы кооперативы, безземельные и малоземельные крестьяне получили земли. В то же время в других странах до 4/5 крестьян остаются безземельными. Наиболее высоким уровнем развития капитализма в сельском хозяйстве выделяются Доминиканская Республика и Коста-Рика. В структуре ВВП этих стран и Никарагуа понижена доля сельского хозяйства, сравнявшаяся со значительной долей промышленности. Самыми низкими показателями социально-экономического развития отличаются Гаити и Гондурас. Сложным и неустойчивым остается положение плантационного хозяйства — главной отрасли экономики.
















Несмотря на определенный динамизм, социально-экономического развития, для стран рассматриваемой группы в целом характерно сохранение некоторых важных особенностей, унаследованных от колониального или полуколониального прошлого, преобладание традиционных социально-экономических структур, связанных с докапиталистическими укладами, весьма низкий жизненный уровень большинства населения (страны этой группы нередко называют «периферией третьего мира»), незначительная роль в мировом капиталистическом хозяйстве и малая динамичность происходящих изменений, медленное приобщение к научно техническому прогрессу и даже отсутствие такого приобщения; сильная зависимость от иностранного капитала (проявляющаяся в различных формах), внутренняя территориальная дезинтегрированность.
Многочисленная по числу участников группа внутренне неоднородна. По мере капиталистического развития эта неоднородность нарастает. Одни страны сохраняют сложившуюся в колониальное время отсталость и даже испытывают стагнацию, другие быстрее идут по пути капиталистической трансформации и постепенно переходят в иные социально-экономические типы. Прохождение стадий переходного периода в разных странах, их движение к тому или иному новому типу определяется конкретными историческими, социально-экономическими и политическими условиями в самих странах и их положением в мировой капиталистической системе.
Пакистан по некоторым социально экономическим особенностям сходен с Бангладеш, но отличается от этой наиболее отсталой и бедной страны мира продвинутостью по пути капиталистического развития. По такому показателю, как ВВП на душу населения (около 300 долл. в 1986 г), Пакистан превосходит не только Бангладеш, но и Индию.
Как и в других южно азиатских государствах, главным сектором экономики является аграрный, но в Пакистане его преобладание уже относительно невелико. В 1980 г в сельском хозяйстве было занято 55% ЭАН (против 60 в 1965 г), а в промышленности 16, в прочих отраслях (где главными были торговля и сфера услуг)—30% (наиболее высокий показатель среди государств Южной Азии). Доля сельского хозяйства в формировании ВВП в Пакистане по сравнению с другими крупными странами Южной Азии самая малая, она неуклонно снижается с 32% в 1970 г до 25% в 1980 г и 22% в 1983 г. В Пакистане исторически сложилось крупное помещичье землевладение, которое не было существенно нарушено аграрными реформами 70-х гг. Развернувшаяся с середины 60-х гг. «зеленая революция» оказалась в первою очередь связанной с теми помещичьими хозяйствами, которые пошли по пути капиталистического предпринимательства. Консервативный «помещичий» аграрный капитализм предполагает в качестве одной из своих органических способностей сохранение традиционных малоземельных и безземельных крестьянских хозяйств. «Зеленая революция» привела к резкому усилению социального неравенства. Основная часть крестьянства оказалась не включенной в «зеленую революцию» из-за сопровождающего ее высокого инвестиционного барьера, и в целом капиталистическое развитие пакистанской деревни осталось замедленным. Однако в результате «зеленой революции» Пакистан достиг самообеспеченности продовольствием (при сохранении низкой нормы потребления у значительной части населения).
За годы независимого развития Пакистан достиг некоторых результатов в начальной стадии индустриализации. Была заново создана довольно значительная текстильная (в основном хлопчатобумажная) промышленность, пищевкусовое производство, построены отдельные предприятия тяжелой индустрии (самое крупное — металлургический завод на окраине Карачи, построенный при советском содействии). В районе Карачи при помощи Канады построена АЭС. Относительно высокие темпы роста характерны для химической, нефтеперерабатывающей, электроэнергетической отраслей. Получила некоторое развитие горнодобывающая промышленность. Пакистан не отличается значительными минеральными ресурсами; наиболее крупное богатство — природный газ. Одновременно возросла урбанизированность, уровень которой к 1984 г. достиг 29% (выше, чем в Индии). Процесс индустриализации сопровождался усилением позиций крупной пакистанской буржуазии, связанной по своему происхождению с помещичьей средой. К 70-м гг. сложилось около 20 монополистических групп, установивших контроль над основными промышленными предприятиями. До 1971 г., когда была провозглашена республика Бангладеш на месте Восточного Пакистана, они получали большие доходы от экспорта джута из этой провинции, которая эксплуатировалась ими как своего рода внутренняя колония.
Пакистанские монополии в своей деятельности постоянно связаны с иностранным капиталом. Но его приток не отличается значительным масштабом, поскольку в Пакистане не сложились для иностранных монополий достаточно выгодные условия (сказываются бедность минеральными ресурсами и недостаточно емкий внутренний рынок).
Позиции государственного сектора в экономике Пакистана непрочны. В первой половине 70-х гг. была проведена национализация некоторых частных предприятий в промышленности, на транспорте и в финансовой сфере, но впоследствии эти предприятия стали возвращаться правительством прежним владельцам.





Рост промышленности не отличался стабильностью, он не привел к росту ее доли в ВВП. Последняя остается постоянной: 18% в 1965 г, 16% в 1980 г и около 17,5% в 1985/86 г. Индустриализация отличается экспортной ориентацией. В стоимости пакистанского вывоза ее продукция составляла в 1970 г 67%, в 1980 г—73% и в 1984 г.—87%. Основная экспортная статья — текстильные (главным образом, хлопчатобумажные) изделия — пряжа, ткани, готовое платье, на их долю приходилось в 1983 г. 57% стоимости экспорта. Вторая по значению статья экспорта— продукция пищевой промышленности (18%). В географии внешней торговли Пакистана наиболее важные места занимают США, Япония, Великобритания, страны Юго-Западной Азии. С 70-х гг. для Пакистана, как и для Бангладеш, стал характерен экспорт рабочей силы (также преимущественно в арабские нефтедобывающие страны).
В течение последнего десятилетия в Пакистане резко возросла милитаризация, что непосредственно связано с превращением страны в основной плацдарм для осуществления необъявленной войны против Афганистана со стороны империалистических и афганских реакционных сил. Пакистан — один из крупнейших в мире получателей оружия из США. После антишахской революции в Иране Пакистан занял его место на Ближнем и Среднем Востоке в качестве «субимпериалистического центра силы», главной опоры американской империалистической политики. Милитаризация оказывает большое влияние на многие стороны экономической и политической жизни Пакистана. Традиционная для страны большая роль армии еще более возрастает. Увеличиваются военные расходы, достигшие 1/4 бюджетных расходов. В Пакистане предпринимаются шаги по созданию собственного атомного оружия. Рост военных расходов отягощает финансовое положение страны и усугубляет трудности, связанные с крупным хроническим внешнеторговым дефицитом (в 1984/85 г. 1,7 млрд. долл., в 1986/87 г.—900 млн.).
Пакистан обременен большим внешним долгом, который возрастает. Он оценивался в 1984 г. в 11,7 млрд. долл. (в том числе долгосрочные долги — около 10 млрд.), а в 1986 г возрос до 16 млрд., ежегодные выплаты по долгосрочным долгам поглощают более 1/4 валютных поступлений от экспорта.
Экономика Пакистана, оставаясь сравнительно слабо интегрированной с мировым капиталистическим хозяйством, в то же время во все возрастающей степени оказывается зависимой от поступлений средств из главных империалистических держав. Хотя по ряду структурных показателей уровня социально-экономического развития Пакистан опережает Индию, формирование в нем консервативной буржуазно-помещичьей модели капиталистической эволюции затрудняет действительно широкое и быстрое продвижение страны на более высокий уровень развития. В целом в своем развитии Пакистан сближается с типом стран внешнеориентированного зависимого капитализма, отличаясь от них лишь отсутствием достаточно крупного, ориентированного вовне ресурсного анклава хозяйства.
В наибольшей мере отмеченные типологические черты присущи более капиталистически развитым восточным областям — в первую очередь Пенджабу, а также Синду. Здесь на великих речных долинах расположены основные орошаемые земледельческие площади, в том числе массивы земель, охваченных «зеленой революцией». В этой части страны формируется система городов, с которыми связан современный сектор экономики, в первую очередь промышленный.
Западная малонаселенная часть страны сохраняет самые традиционные отсталые социально-экономические структуры. Это национальная окраина, угнетаемая буржуазно-помещичьей элитой восточных областей. Ее современное развитие сильно осложняется размещением афганских беженцев и функционированием военных лагерей, созданных афганской оппозицией. За 70—80-е гг. в определенной степени продвинулась по пути капиталистической трансформации крупнейшая страна Юго-Восточной Азии Индонезия, хотя масштабы и глубина происходящих в ней сдвигов довольно ограничены.
Индонезия выделяется среди «молодых наций» большой численностью населения и наличием значительного природно-ресурсного потенциала. В то же время она занимает относительно невысокое место среди всех развивающихся стран по величине ВВП на душу населения (хотя значительно превосходит страны Южной Азии). Для Индонезии этот обобщающий показатель составлял в 1985 году около 511 долл. (по развивающимся странам в среднем — 884 долл.) Важно отметить, что среднегодовые темпы роста ВВП в Индонезии за период 1975—1986 гг. были выше, чем в среднем по развивающимся странам, и достигли 6,1%, существенно опережая темпы прироста населения (2,2% в год за тот же период).
В индонезийской экономике наряду с капиталистическим способом производства сохраняются патриархальный и мелкотоварный вклады. За годы независимости сформировалась национальная буржуазия, тесно связанная с контролирующей власть военной бюрократией. Преобладает мелкий и средний капитал. Национализация нефтедобычи, ряда инфраструктурных отраслей и финансовых предприятий снизила экономическую роль государства. С середины 60-х гг. проводится политика либерализации иностранных инвестиций. Приток их в экспортоориентированные отрасли сельского и лесного хозяйства и добывающей промышленности способствовал втягиванию страны в мировое хозяйство и одновременно привёл к усилению зависимости от внешних факторов развития. Внешний долг Индонезии к 1985 году превысил 30 млрд. долл. и продолжает быстро расти. Главными кредиторами выступают США, Япония, западноевропейские государства. Эти же страны являются основными импортерами индонезийской продукции и инвесторами. Особенно велика во всех внешнеэкономических связях Индонезии квота Японии, куда поступает около 50% индонезийского экспорта. Крупными контрагентами являются также США (20%), Сингапур (15%), Великобритания, ФРГ.





В международном капиталистическом разделении труда Индонезия продолжает выступать как поставщик нефти и газа, оловянного концентрата, бокситов, древесины, натурального каучука, пальмового масла. На продукцию первичных отраслей приходится около 90% экспортных поступлений и свыше 2/3 стоимости ВВП. Несмотря на происходящее значительное снижение доли сельского хозяйства в структуре ВВП, оно остается основной сферой занятости населения за счёт традиционного трудоинтенсивного земледелия.
В широких масштабах ведутся лесоразработки Главными составляющими роста удельного веса промышленности продолжают оставаться добывающие отрасли. В частности, доля добычи нефти, газа и цветных металлов в структуре ВВП выросла с 2,6% в 1960г. до 26% в 1980 г., однако к 1985 г. снизилась до 17%. Нефтедобыча в Индонезии контролируется государственной компанией Пертамина. Большую роль в добыче и разведке нефти и газа играют также американская «Калтекс», английские и голландские компании (на подрядных началах). Почти вся нефть и газ вывозятся в Японию. Сырая нефть является главной статьей экспорта, дающей свыше половины внешнеторговых поступлений, что делает страну в высшей степени уязвимой для колебаний спроса и цен на нее на мировом рынке, изменений политики ОПЕК, членом которой она является. Добыча бокситов и олова также сильно зависит от мировой конъюнктуры.
Ведущие по занятости отрасли обрабатывающей промышленности — традиционные пищевая, текстильная, табачная, в которых преобладают небольшие предприятия. Старыми отраслями являются нефтепереработка и цветная металлургия. С конца 60 х гг. доходы от экспорта нефти и иностранные капиталовложения были направлены на создание современных отраслей машиностроения на базе импортной технологии. Были построены авиационный завод в Бандунге, судостроительный в Сурабае, военный арсенал в Тасикмалае (все на о. Ява). Возникли сборочные предприятия и филиалы иностранных фирм, производящие вычислительную технику, телекоммуникационную аппаратуру, автомобили, мотоциклы, велосипеды.
Однако внешнеторговый потенциал обрабатываемой промышленности невелик, на экспорт поступает преимущественно продукция первичной переработки сырья. В частности, вывозится большая часть продукции нефтепереработки. В связи с запретом на вывоз круглого леса с середины 80-х гг., направленным на развитие местных предприятий по переработке, деревообработка должна стать крупной экспортной отраслью.
Характерная для Индонезии мозаичность территориальных структур связана как с чисто географическими факторами (островной характер территории, различия природных условий и степени обжитости), так и с социально-экономическим дуализмом. Одним из наиболее выраженных проявлений территориального развития в последние десятилетия была нарастающая сельско-городская миграция, вызванная аграрным перенаселением в староосвоенных районах (в первую очередь, на Яве). Показатель урбанизированности увеличился с 15% в 1960 г. до 25,3% в 1985г. Особенно быстро росли крупные и крупнейшие города на Яве. Число городов с населением свыше 500 тыс. человек выросло за этот период с 3 до 7, в стране три города-миллионера.
В большинстве случаев, однако, рост численности населения городов не подкрепился адекватным увеличением рабочих мест, что привело к возрастанию безработицы, неполной занятости, ухудшению условии жизни в городах. Чтобы приостановить в условиях нарастания сельской перенаселенности эти процессы, государство приступило к осуществлению крупномасштабных планов переселения крестьян с Явы, Мадуры, Бали на неосвоенные территории Суматры, Калимантана, Ириан-Джая (сотни тысяч семей). Однако реальные результаты трансмиграций не значительны. Недостаток средств и непривычные природные условия, не соответствующие навыкам земледельцев, враждебность местного населения побуждают переселенцев вернуться на Яву, где они оседают в городах
Остров Ява сохраняет позиции ведущего экономического района страны. Его доля в производстве продукции обрабатывающей промышленности составила в 1983 г. 78% (снизилась с 87% в 1975 г.). Ява остается главной житницей страны. Развитие территориальных структур происходит за счет роста городов и усложнения их функциональной специализации, возникновения новых промышленные центров, развития транспорта и связи и формирования агломераций вокруг Джакарты, Сурабаи — Бандунга.
Территориальное развитие на о. Суматра, который на протяжении 60—80-х гг. становится главным ресурсно-экспортным районом страны, идет в направлении преодоления анклавного характера освоения. Разведка и добыча нефти и газа, угля, цветных металлов, расширение плантационного хозяйства и лесозаготовок сопровождаются транспортным строительством, возникновением предприятий по переработке сырья. На долю Суматры приходится 14% продукции обрабатывающей промышленности.
Сохраняют свою специализацию и значение районы традиционного сельскохозяйственного освоения — острова Мадура, Вали, Тимор. В большинстве остальных районов страны ареалы хозяйственной деятельности тяготеют к побережьям и долинам рек, территориальные связи не развиты. Возникновение ресурсно-экспортных анклавов подчинено интересам иностранного капитала.





В целом экономика Индонезии сохраняет черты отсталости и дуализма. Наблюдается ускорение капиталистической трансформации, что связано с дальнейшим втягиванием ее в международное капиталистическое разделение труда. С усилением зависимости от иностранного капитала в экономике этой страны проявляются типологические черты внешнеориентированного приспособленческого развития капитализма.








скачать dle 11.0фильмы бесплатно
загрузка...

Внимание! Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.